Новые образовательные технологии: реализуя цели национального развития
Прямая речь, Образовательная среда, Посиделки, Технологии, Перспективы

Новые образовательные технологии: реализуя цели национального развития

«Нет удобнейшего средства к приращению во всяком государстве народного благосостояния, как стараться приводить экономию в лучшее состояние» (из Устава Императорского Вольного экономического общества, 1765 год).

424

Сергей Бодрунов. Мы на пороге нового учебного года. Что год грядущий готовит в нашем образовании? Какие новые образовательные технологии придут в классы и университетские аудитории? Об этом мы поговорим с вами в очередной передаче «Дом Э» Вольного экономического общества России.

Сергей Бодрунов. Президент Вольного экономического общества России, Президент Международного Союза экономистов, директор Института нового индустриального развития имени С.Ю. Витте, доктор экономических наук, профессор.

Сергей Бодрунов. Здравствуйте, уважаемые телезрители. Сегодня у нас в гостях Александр Михайлович Кондаков, генеральный директор компании «Мобильное электронное образование», член-корреспондент Российской академии образования, доктор педагогических наук, профессор. Здравствуйте, Александр Михайлович.

Александр Кондаков. Добрый день.

Сергей Бодрунов. И у нас также в гостях Андрей Анатольевич Галиев, вице-президент корпорации «Российский учебник». Здравствуйте, Андрей Анатольевич.

Андрей Галиев. Добрый день.

Сергей Бодрунов. Уважаемые коллеги, цифровая модернизация школ – одно из ключевых направлений национального проекта «Образование». Какие инновационные технологии может менять образовательный процесс? Как этот процесс будет изменен? Все ли учебники переведут в электронный формат? Появится ли в библиотеках QR-коды для загрузки книг на мобильные устройства? Какие-то другие новые технологии? Что может появиться?

Александр Кондаков. Наверное, надо для начала сказать, что мы с вами уже вполне цифровые люди, и давно. Мы с вами по-другому живем, по-другому развлекаемся, по-другому общаемся, по-другому работаем, по-другому взаимодействуем...

Сергей Бодрунов. Не только мы, но и все общество.

Александр Кондаков. В общем-то все общество, да. Поэтому обычно я достаю из кармана вот это устройство, и говорю, что надо понимать, что весь мир разделился на жизнь до его появления и после. Это кардинально изменило нашу жизнь. Нам еще предстоит осмыслить ее особенности. Была утверждена национальная программа «Цифровая экономика», которая определила основные приоритеты развития социально-экономической сферы страны с учетом цифры. И утвержден целый ряд национальных проектов, в том числе национальный проект «Образование» – как вы совершенно справедливо сказали – краеугольный камень, основа всех изменений в экономической, социальной и других сферах жизни страны. Поэтому, с моей точки зрения, надо начинать разговор не с технологий. Начинать разговор надо с вопроса о том, чего мы ждем от образования? Каким образом оно ответит на вызов цифровой экономики?

Сергей Бодрунов. То есть нужно зайти с другой стороны?

Александр Кондаков. Даже не с другой, – с обратной.

Сергей Бодрунов. Да, согласен.

Александр Кондаков. Потому что образование отвечает на вызовы общества, на вызовы экономики. И сегодня мы с вами привыкли к нашей системе образования. В конце обучения дети должны сдать ОГЭ, потом ЕГЭ, в промежутке выпускные проверочные работы, и так далее. И мало кто задумывается над вопросом, который я сейчас задам. Друзья мои, а у вас кроме случая поступления в вуз или в колледж вообще кто-нибудь спрашивал, какие баллы на ЕГЭ вы получили? Задумайтесь!

Сергей Бодрунов. Думаю, что мало кто этим вопросом задается. Кроме тех случаев, что вы сказали.

Александр Кондаков. Да вообще никто не задается. То есть фактически получается, что система образования установила некие пороговые измерители, которые интересуют саму систему образования. А работодатель говорит наоборот: «Нам результат ЕГЭ абсолютно неинтересен. Нам нужны люди, которые умеют жить в этом обществе». А что такое это общество? Вот это устройство нам обеспечило доступ к космосу знания. Мы можем получить любую информацию отсюда.

Сергей Бодрунов. Другой тип получения знаний.

Александр Кондаков. Другой тип познания. И это другая философия жизни общества, о которой мы должны говорить. Получается, мне, как руководителю группы методологии развития образования в интересах цифровой экономики, программы «Цифровая экономика» довелось и приходится сейчас заниматься разработкой базовой модели компетенции цифровой экономики. Мы работаем с высокотехнологичным бизнесом. И главные запросы бизнеса сегодня идут вот к чему: может ли человек работать в команде, может ли он развиваться, способен ли он быть лидером... ну, и так далее. Все эти запросы обращены к личностным качествам человека. И, более того, сегодня огромные требования предъявляются к этике, системе ценностей человека. Ведь искусственный интеллект ставит перед нами колоссальные этические проблемы. Ну, вспомним хотя бы недавние исследования, связанные с беспилотными автомобилями. Едет беспилотный автомобиль, и робот, то есть алгоритм, должен принять решение. Вот не избежать катастрофы, выбор: ребенок, женщина, пожилой человек. И вы знаете, вывели-то совершенно удивительную историю, что в разных странах отношение к этому разное. В Мексике, например, это пожилые люди. В Европе это женщина. И так далее. То есть, нам надо, прежде всего, понять, что должно быть результатом образования. И я бы хотел сказать о том, что сегодня бизнес, социальная сфера предъявляет требования, прежде всего, к личностным качества человека. А вот уже после этого мы можем говорить о том, какие технологии должны обеспечивать это достижение.

Сергей Бодрунов. Я думаю, что вы абсолютно правы. Андрей Анатольевич, вы вице-президент корпорации «Российский учебник». Скажите, как изменился учебник за последнее время? Требует ли сам процесс обучения новых технологий?

Андрей Галиев. Конечно, для системы образования как общественного института, прежде всего, важно целеполагание. К какому результату мы должны прийти, каких выпускников мы должны готовить для того, чтобы они были успешны в том быстроменяющемся мире, в который они выходят после 9 или 11 класса. Недавно прошедшее общественное обсуждение нового проекта федеральных образовательных стандартов показало, что они, мягко говоря, не ориентируются.

Более того, нет практически никаких требований к цифровым компетенциям. При этом они дико перегружены. Возникла попытка поместить в логику стандарта, собственно говоря, содержание образования. Как только она возникла, выяснилось, что то содержание, которое в него пытаются запихнуть, не лезет, извините, ни в какие ворота. А ученик 8-9 класса, изучающий обществознание на каждом уроке 40 или 45 минут, должен овладеть 6-8 навыками.

Сергей Бодрунов. За урок?

Андрей Галиев. За урок!

Сергей Бодрунов. Пусть бы тот академик, который это придумал, овладел...

Андрей Галиев. Соответственно, повторюсь, история с целеполаганием, наличием технологий и режимом использования этих технологий в современном институте школы — вот в этом треугольнике нужно очень серьезно разбираться. Вернувшись к вашему вопросу об учебниках: конечно, современные учебники другие. Но на мой взгляд они недостаточно другие.

Александр Кондаков. Что так? Почему они недостаточно другие?

Андрей Галиев. Потому что до сих пор существует, пожалуй, единственное требование, которое обеспечивает попадание учебника в федеральный перечень учебников, имеющее отношение к технологиям — это наличие так называемой электронной формы учебника.

Александр Кондаков. Ну, собственно говоря, регулятор не сформулировал эти требования. Так?

Сергей Бодрунов. Техническое требование простое: должна быть электронная форма.

Андрей Галиев. Совершенно верно. И, в общем, это уже инициатива издателей — делать из ЭФУ что-то более приемлемое. «Российский учебник» этим занимается. У нас есть мультимедиа, есть возможность использования сторонних ресурсов и так далее. Но это если вдруг дело до этого дойдет в рамках школы.

Александр Кондаков. Знаете, традиционно ребенок попадал в школе в некую среду, где он окружен учителями, воспитателями, друзьями, занимается дополнительным образованием, у него есть книжки, у него есть библиотека. И он подвергается процессу обучения, воспитания. Собственно говоря, успешный гражданин на выходе из школы — это то, что определено конституцией Российской Федерации. Сегодня он живет в сетевой среде. И, грубо говоря, мы должны создать ту образовательную среду, которая для ребенка интересна, комфортабельна, позволяет идти по любому треку, творить любой запрос. Она для него безопасна, она формирует его личные качества и обеспечивает взаимодействие. Сегодня самоидентификация человека — любого: и вас, и меня, и особенно детей — формируется в социальных сетях. 97% школьников имеют аккаунты в социальных сетях. Как правило, мы не управляем процессом эффективной интеграции ребенка в высокотехнологическую среду, где должны действовать нормы, правила поведения нашего общества.

Сергей Бодрунов. Вот это вот большое отставание.

Александр Кондаков. Вот это очень серьезный момент.

Сергей Бодрунов. А как в этом плане готовятся учебники, учебная программа, учебный процесс? Как это учитывается?

Андрей Галиев. Вы знаете, ну, например, в «Российском учебнике» с точки зрения учета современных научных достижений, есть научно-методический, научно-редакционный совет, который состоит из академиков и Российской академии наук, и Российской академии образования, которые, благодаря своему участию в работе над учебниками, транслируют новое знание, которое необходимо использовать в содержании учебников. Это с точки зрения, например, науки. С точки зрения использования возможностей технологий, то здесь есть, на мой взгляд, ключевая история: это уровень подготовки педагогов. Соответственно, на мой взгляд, принципиальная история, которая могла бы очень качественно изменить в лучшую сторону использование технологий в нашем образовательном процессе — это, извините, цифровизация педагога.

Сергей Бодрунов. То есть преподавателя, который воспитан в другой среде?

Александр Кондаков. Вы знаете, и соглашусь, и не соглашусь. Соглашусь с тем, что педагогическое образование сегодня не готовит учителей к работе в цифровой среде. Не соглашусь, потому что, по сути дела, мы с вами очень цифровые люди. Мы живет в сетях, мы пользуемся разными инструментами, и, грубо говоря, когда у учителя основным инструментом его был учебник, он использовал учебник в учебном процессе. Когда ему дается образовательная среда...

Сергей Бодрунов. Инструмент.

Александр Кондаков. Да, здесь важно давать инструменты. Вот я прошел два этапа в своей жизни: какой-то период я был бумажным издателем, был директором издательства «Просвещение», потом перешел уже в IT, стал руководителем IT-компании, которая создает цифровую образовательную среду, мобильное электронное образование. И вот мы видим, насколько меняется коммуникация педагога, ребенка и семьи внутри этой системы. И видим сразу результаты, которые выдают дети. Результаты очень быстро начинают расти, потому что им эта среда понятна, удобна. Но самое главное, задача нас (и издателей, и IT-компаний) — это чтобы инструменты были понятны и удобны.

Сергей Бодрунов. Адекватны задаче.

Александр Кондаков. Адекватны. Это очень серьезная психологическая задача.

Сергей Бодрунов. Я предлагаю посмотреть один сюжет. Мы специально спросили студентов, как они видят преимущества электронного образования, применения электронных устройств.

Артур Двигубский. Студент Финансового Университета при Правительстве РФ. Это же, конечно, возможность получения удаленного образования, получения его в домашних условиях и в те моменты, когда человеку это удобно. То есть можно совмещать с работой или, например, обучением на другой программе. Помимо этого, это может сыграть достаточно серьезную роль для повышения квалификации человека в процессе его работы или обучения.

Рифат Мамин. Студент Финансового Университета при Правительстве РФ. Ну, первоочередные преимущества — это, возможно, какая-то независимость от субъективного мнения преподавателя при оценивании, относительная дешевизна возможно даже, возможность учиться по индивидуальным планам, которые будут составлены по личным требованиям. При обучении на электронной платформе можно не тратиться на дорогу — соответственно, это экономия и времени, и денежных средств.

Георгий Бочкарев. Студент Финансового Университета при Правительстве РФ. Ну, с точки зрения обучающегося, главным преимуществом, наверное, является возможность обучения дистанционно. То есть нет необходимости посещать какие-то курсы или вроде того. Можно найти любое учебное пособие и просмотреть его дома. Вот. А с точки зрения каких-то образовательных учреждений, я бы отметил тот факт, что нет такой необходимости: закупать большие тиражи учебников для обучения. То есть, есть доступ в интернет в вузе, и есть возможность обучаться, там, по ноутбуку.

Владислав Зайковский. Студент Финансового Университета при Правительстве РФ. Поскольку очень много качественного образования находится в отдельных городах, в отдельных центрах (ну, в частности, в Москве), многим людям из регионов очень сложно получить это образование. Развитие области электронного обучения просто уничтожит все эти издержки за ненадобностью, и люди смогут получать качественное образование, находясь у себя дома. Это, в принципе, отлично простимулирует качество образования в России и предложит людям новые доступные опции.

Александр Кондаков. Обратите внимание, насколько рационально мнение молодых людей.

Сергей Бодрунов. Но, в то же время, вы понимаете, существуют ведь и некоторые риски. Риски, условно говоря, недовоспитания. Риски, связанные с психологическим состоянием человека, который не может найти информацию. Кто-то что-то не понимает — ему нужно отдельное разъяснение. Многие родители с недоверием относятся к гаджетам — и так далее. Скажите, пожалуйста, а вы эти риски видите? Вот вы готовите учебники, Андрей Анатольевич, вы понимаете, ведь риски какие-то есть. Как от них избавляться? Или их нет?

Андрей Галиев. Нет, конечно, риски есть — риски, связанные с жизнью в цифровой среде, в открытой (по сути открытой) информационной среде, конечно, есть. Они должны...

Сергей Бодрунов. Мы говорим: не проконтролируешь же до конца, что там делается.

Андрей Галиев. Совершенно верно. Ну, собственно говоря, когда учебники были только бумажными, тоже досужая молодежь и даже дети вполне могли найти что-нибудь, с точки зрения родителей, неподходящее для того, чтобы это посмотреть, прочитать, а еще и сделать.

Сергей Бодрунов. У меня мать в 9 классе отбирала книгу Стендаля «Красное и черное».

Александр Кондаков. А в XIX веке дворяне закрывали шкаф от детей, книжный, чтобы не читали неподобающее возрасту.

Андрей Галиев. Да, совершенно верно. И здесь я бы хотел как раз обратиться к тому, что сейчас сказал Александр Михайлович. Дворяне. Смотрите: разница между селективной и неселективной школой... Условно говоря, элитной — не люблю это слово, но тем не менее — и массовой — не лучшее слово, но тем не менее...

Сергей Бодрунов. Понятно, о чем речь.

Андрей Галиев. Она была всегда и она остается до сих пор. Теоретически, цифровые технологии позволяют снизить (ну, точнее, уменьшить) разрыв, цифровой образовательно-социальный разрыв, который существует между одними и другими школами. Но здесь мы опять же попадаем в историю содержания цифрового образования. Оно очень важно в аналоговом мире, оно не менее (может быть, даже более) важно в цифровом мире. Но с учетом того, что объем этого знания и сложность этих навыков очень сильно выросла, возникает потребность в воспитании, в формировании у людей новых навыков.

Сергей Бодрунов. В частности, поиска информации...

Андрей Галиев. Поиска, умения критически относится к этой информации...

Александр Кондаков. Находить, отбирать, отбрасывать...

Андрей Галиев. Совершенно верно.

Александр Кондаков. Вы знаете, вот я бы здесь, честно говоря, все-таки вернулся к вопросу безопасности. Недовоспитание и тому подобные вещи — потому что у нас в школе как-то традиционно считается, что есть обучение и есть воспитание. Да? На самом деле это интегративный процесс образования. А если быть более точным — это социализация, подготовка к успешной жизни.

Сергей Бодрунов. Но воспитатель и педагог — это одно дело. Другое дело, когда это гаджет и он не является воспитателем... Как тогда воспитывать?

Александр Кондаков. Сейчас к гаджету подойдем. И вот когда мы говорим о социализации современной — это, прежде всего, подготовка ребенка к полноценной интеграции в высокотехнологичную среду. Вот смотрите: сегодня наши дети, мы сами, находимся в социальных сетях. Уже на слуху (и коллега только что произнес вначале) слово «цифровой след». Или «цифровой профиль». Закон был брошен в мае уже в Госдуму — посмотрим, какая у него будет судьба. Судьба будет понятна: цифровой профиль — это очень важное понятие. Но у нас сегодня очень важно понимать, что, живя в сети, мы оставляем постоянно там свои данные. Есть данные, которые мы там размещаем осознанно: фотографии, «я здесь был», «это моя семья», «я вот этим занимаюсь» — это то, что мы делаем осознанно, это первое ядро.

Сергей Бодрунов. Есть вещи неосознанные.

Александр Кондаков. Есть вещи, которые мы бы не очень хотели, чтобы знали о нас. Ну, например: геолокация, «я захотел купить диван» (там мне эти диваны сыплются два месяца, да?), «я где-то побывал, но я не очень хочу...» Вот эти первые два уровня — мы в принципе ими можем управлять. А вот третий уровень, там, где наша деятельность оценивается роботом, алгоритмом...

Сергей Бодрунов. Да.

Александр Кондаков. И мы с этим сталкиваемся сейчас повседневно...

Сергей Бодрунов. Постоянно...

Александр Кондаков. Ну, например, финансовая наша активность...

Сергей Бодрунов. Бесконечно...

Александр Кондаков. Бесконечно...

Сергей Бодрунов. Рассылка спама...

Александр Кондаков. Всякие рассылки и так далее. Понимаете, ведь самое главное, что алгоритм оценивает не то, что мы делаем, а кто я. И сегодня уже заявляя, ну, подавая заявление об устройстве на работу, робот может абсолютно автоматом ответить «Не примем» — даже без участия человека. Почему? Ну, например, человек хочет прийти на работу операционистом в банк, работать с клиентами. А прошерстив интернет, выяснили, что в 15-летнем возрасте эта девочка, допустим, разместила там пост «Да эти учителя мне все надоели» — эмоционально выплеснулась. Эмоциональность не допускается в этой профессии. Понимаете? Вот, любой след, который мы оставляем в сети, он остается. Мы можем пост убрать, мы можем сказать, что этого не было. Вот, к сожалению, на сегодняшний день, когда мы говорим о развитии воспитания личности, мы должны понимать, что наш цифровой след является ключевой особенностью. И как мы раньше учили детей и учились читать, писать считать, мы сегодня должны формировать, учить формировать цифровой след.

Сергей Бодрунов. Береги честь смолоду.

Александр Кондаков. Ничего нового. Береги цифровую честь смолоду.

Сергей Бодрунов. Да.

Александр Кондаков. Вот это мы делаем на нашей платформе. Это, кстати говоря, к вопросу. И родители должны это осознавать. Потому что родители, они как говорят: «У нас эти дети постоянно в интернете. Они и так сидят с этими гаджетами. Да мы учились, у нас и так все хорошо». Но они не осознают тех рисков, которым подвергаются дети, которые не обладают компетенцией эффективного и безопасного нахождения в сетях.

Сергей Бодрунов. Есть еще один важный момент, на который я хочу в рамках нашей беседы обратить внимание. Бюрократизация процессов в нашей экономике. А уж в образовании и подавно. Я предлагаю послушать Олега Николаевича Смолина, заместителя председателя Комитета Госдумы по образованию, который по этому поводу высказал следующее.

Олег Смолин. Первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по образованию и науке, академик Российской академии образования, доктор философских наук, член Президиума ВЗО России. Системная проблема образования (и науки тоже), которая сравнима по остроте — это проблема бюрократизации. Не зря Председатель Правительства говорит о регуляторной гильотине. Значит, коллеги: Комитет Государственной Думы по образованию и науке сделал специальный доклад. Оказалось, что среднее учебное заведение в год заполняет 300 отчетов по 11 тысячам 700 показателям. Причем ситуация явно меняется следующим образом: все меньше людей, собственно, работающих, все больше людей контролирующих. Невольно вспоминается шутка 30-х: полстраны сидит, полстраны ее охраняет. Сейчас полстраны работает, полстраны контролирует. Ситуация явно меняется в пользу последних. Кстати, 80% всех контрольных процедур в образовании (я думаю, такая же ситуация и в науке) не по линии собственно образования, а по линии разного рода других надзоров. Мой знакомый лектор в Москве говорит, что его контролируют, кроме Рособрнадзора еще 18 различных структур. Российский учитель, при международных исследованиях, занял первое место по количеству времени, которое он тратит на разного рода бюрократические процедуры. Коллеги, бюрократизация вредна вообще. Как говорил Макс Вебер, попытка чрезмерной рационализации ведет к иррационализации. Бюрократизация в образовании и в науке вредна особенно – потому что эти отношения не терпят большого количества бюрократии – убивает живую душу, в частности, образования. Учитель, преподаватель вуза, приходя к студенту или ученику, соответственно, должен быть эмоционально свеж. Он должен отдавать ему не только свои знания, но и часть своей личности. Когда у вас две ставки (я работал учителем), делать это практически невозможно, эмоциональное выгорание неизбежно. Снижение качества образования в такой ситуации практически неизбежно.

Сергей Бодрунов. Эта проблема огромная, но она не только в образовании, она везде. Недавно совсем беседовали в Вольном экономическом обществе с людьми, которые представляют «Деловую Россию», союзы предпринимателей и так далее. Они говорят о том, что цифровизация сократит издержки бизнеса. Но, думаю, что она сократит и издержки, образовательного процесса, если мы правильно займемся этим делом. Но я хотел бы сказать, что гораздо больше информации можно почерпнуть из тех книг, которые есть у нас, в том числе и по этой теме, в библиотеке Вольного экономического общества России. У нас есть вот такая очень интересная книга: «Как сделать электронное обучение понятным, качественным и доступным» — книга Майкла Аллена, известного специалиста, который дает свой (и своих коллег) опыт, да и обобщение опыта. И сегодня мы, используя такие наработки, должны модифицировать, модернизировать свое собственное образование. Ну, и я хотел бы представить вам свежий выпуск журнала «Вольная экономика». Здесь есть, в том числе, и проблемы образования. Здесь выступают очень серьезные специалисты. В то же время он доступен для чтения людям, которые не имеют специального экономического образования. Мне кажется, что это одна из функций Экономического общества.

Александр Кондаков. Конечно.

Сергей Бодрунов. Уважаемые коллеги, благодарю вас за участие в нашей беседе.

Александр Кондаков. Спасибо.

Андрей Галиев. Спасибо.

Сергей Бодрунов. И вам, уважаемые телезрители, моя благодарность за ваше время. Всего доброго и до новых встреч!

Понравился материал? Поделитесь в соц.сетях
не пропусти последние новости, подпишись на следующий номер
Спасибо! Вы успешно подписаны на рассылку клуба директоров
Закрыть