Наперегонки с запросом
Слово редактора

Наперегонки с запросом

Количество людей зрелого возраста, выражающих готовность учиться; активное использование различных форм самообразования; отказ от монополии школы как единственного места и способа образования; крутые повороты в образовательных маршрутах молодых и более опытных; наступательные действия родительских сообществ — все это стремится привести класс и школу в состояние соответствия. Адекватности не только для настоящего, но и будущего времени. Только не будущего вообще, а конкретного будущего конкретного ребенка.
127

Привычные реалии прорыва

Этимология слова «будущее» связана с производными: мы будем, они будут, все будут. Не только сейчас, но и потом, когда «сейчас» будет в прошлом. Все то, что происходит сейчас, останется в «сейчас», в настоящем, которое уже через минуту, через час, через день... — в прошлом. А потому не было такого периода в истории цивилизации, в котором обходилась бы без мечтателей о будущем, без футурологов. Самые отчаянные из них дерзнули сформировать образы будущего за пределами земной обыденности, а слова «по ту сторону» вызывали отнюдь не пространные образы.

Только учтите, это будущее, наверное, дискретно, там должны быть огромные провалы времени, никакими авторами не заполненные.

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий, «Понедельник начинается в субботу», 1964 г.

Разделение труда вызывает к жизни различные образы будущего в сферах деятельности людей. Автомобилестроители предвидят и конструируют беспилотные варианты и двигатели, работающие на возобновляемых ресурсах. Биологи создают генетические конструкции, позволяющие всех накормить и перешагнуть порог бессмертия. Область политиков — универсалии и сущностные понятия, позволяющие создавать безукоризненные властные механизмы.

Если мы возьмем все волшебства из прочитанных в детстве сказок, то увидим, что значительное количество из них стало привычной реальностью. Почти все, кроме волшебных палочек. Ковры-самолеты, беспилотные дровяные печи, скатерти-самобранки, сапоги-скороходы, «мертвая» и «живая» вода, трансплантация драконьих голов, метаморфозы с лягушками, универсальные воины стали рутинными сервисами современности.

В образовании детей, помимо неразгаданных таинств перинатальной педагогики, есть глобальное предчувствие прорыва, технологического в первую очередь. Точно так же, как в суммах иных техноло­гий, появляются масштабные или точечные новации, которые это предчувствие подогревают. В основ­ном это касается различных способов передачи, восприятия, хранения, трансформации и осмысления информации. Неважно какой: старой или новой, сложной или узнаваемой. Во всех случаях она опреде­ленно наделена сверхзадачей — научить, обучить, воспитать, образовать. Как хорошо, что эти техноло­гические прорывы уже не вызывают удивления. Причина в следующем: они стали или только становятся признаками современной культуры, как когда-то таковыми стали работа почты или книгопечатание.

Удивление вызывает другое: дети, с которыми мы взаимодействуем в школе, все активнее демонстрируют жажду познания нового. Они проявляют готовность опровергать защитные для профессио­нальных сообществ каноны о демотивации учебной деятельности, приходящей с возрастом.

Количество людей зрелого возраста, выражающих готовность учиться; активное использование различных форм самообразования; отказ от монополии школы как единственного места и способа образования; крутые повороты в образовательных маршрутах молодых и более опытных; наступательные действия родительских сообществ — все это стремится привести класс и школу в состояние соответствия. Адекватности не только для настоящего, но и будущего времени. Только не будущего вообще, а конкретного будущего конкретного ребенка.

Голос грядущего

Увлеченные мира сего

Предметами познавательного вожделения современных детей все реже становятся образы исторического фольклора, сюжеты канонизированных мифов, тайны эзотерики. Их волнуют космос, теория большого взрыва, за гадки кристаллографии, сюжеты генной инженерии, политические казусы прошлого и цифровые возможности настоящего. В совокупности все это представляет собой не разделенный на учебные планы, неподчиненный требованиям СанПиНов, нерасчлененный на предметы и дисциплины, нерегламентированный контент общей образовательной культуры.

Ребенка, по большей части, волнует не то, к какой сфере научной классификации относится феноменологический казус, движущая сила — стремление понять, развить и интерпретировать.

Родители и семьи, подхваченные познавательным энтузиазмом детей, начинают наотрез отказываться от гастрономических праздников выходных дней. Они жертвуют телевизионно-диванным досугом в пользу посещения Кванториумов, детских технопарков, музеев естествознания, экологических путешествий и проектов, клубов робототехники.

Учителя начинают задумываться об адекватности массовых педагогических технологий. Выбор делается в пользу деятельностного учения, персонализации или отмены домашних заданий, дифференцированного построения программ, адресных перешептываний с учеником. Классный час, общественные порицания или родительские собрания — формы воспитания, которые заканчиваются в дан ном случае драматическим разрывом.

Доступ открыт

Траектория общей культуры

Все эти главные стейкхолдеры* образования (ребенок, семья, учитель) откуда-то прознали: самые востребованные профессии 2018 года появились не ранее 5–6 лет назад. Они под смотрели результаты исследования Сколкова, ФОМа, ВЦИОМа, Global Education Futures и поняли следующий момент: эти профессии тоже могут исчезнуть через 5–7 лет.

Нормальные родители неизбежно хотят, что бы благополучие их ребенка было выше, чем их собственное. Это привело к открытой осаде школы с требованием: дайте новые знания, дайте новые компетенции, помимо привычных и не вполне реализованных skills**. Как-то к ним пришло умение оперировать такими понятиями, как критическое и креативноемышление, способность принимать решения, анализировать, взаимодействовать с другими, быть мобильными, лидирующими и, разумеется, здоровыми. Более того, они нашли себе союзника, который 7 мая 2018 года подписал Указ «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года». Выполняя его, Правительство подготовило национальный проект «Образование», включающий в себя 10 подпроектов: «Современная школа», «Цифровая образовательная среда», «Успех каждого ребенка», «Современные родители», «Учитель будущего», «Молодые профессионалы», «Новые возможности для каждого», «Социальная активность», «Социальные лифты» и «Повышение конкурентоспособности российских вузов».

Ресурсы выделены очень большие. Срок реализации известен — 2024 год. Все материалы в от крытом доступе. Почитайте. Увидите осмысленное совпадение с теми планируемыми результатами образования, которые востребованы, актуальны и перспективны для всех обозначенных выше участников процесса. К ним мы добавим еще и работодателей на стремительно меняющемся рынке труда.

С появлением во второй половине 1970 года работы Ф. Кумбса «Кризис образования в современном мире» тема этой кризисности была доминирующей в основаниях к программам развития национальных стратегий образования. Кумбс не был футурологом и не пред полагал, что ближайшее будущее даст неограниченный доступ к информации и знанию. Пришло время, и образование теперь рассматривается обществом и государством как самый масштабный инвестиционный проект. К ним присоединяются разумные лидеры большого бизнеса. Стремительно растут возможности онлайн-образования. Количество обучающих цифровых платформ уже начинает превышать и спрос и прогнозы на спрос. Рост потребителей сервисов онлайн-образования говорит о высокой мотивации пользователей, вовлеченных в самообразование.

Нет кризиса в стремлении людей к образованию, поэтому будущее образования представляется светлым и осмысленным. Другое дело: системный кризис школьного образования. Его симптомы с разной степенью активности проявляются во всех странах вот уже не один десяток лет. Везде по-разному, с различной степенью остроты. Государства еще со времен античности берут на себя вели кую социальную миссию — помощь своим гражданам в получении образования. Массовая и доступная школа, возникшая в период индустриализации, стала необходимым и привычным атрибутом культуры и политики. С тех пор мир изменился кардинально, а школа изменилась все-таки незначительно. Но есть одно серьезное предполагаемое обстоятельство, которое не позволит школам оставаться в предметной и ретрансляционной парадигме. Речь идет о растущем с невероятным ускорением социальном запросе, все активнее принимающем форму и энергию вызова.


* Стейкхолдер (англ. stakeholder) — заинтересованная сторона, причастная сторона группы, организации. Индивидуумы, которые влияют на процессы, на компанию и от которых компания зависит.

** Skills (пер. с англ.) — компетенции, навыки, умения.

Наперегонки с запросом
Ефим Рачевский
Российский педагог, директор Центра образования «Царицыно» № 548 г. Москвы, народный учитель России
Понравился материал? Поделитесь в соц.сетях
не пропусти последние новости, подпишись на следующий номер
Спасибо! Вы успешно подписаны на рассылку клуба директоров
Закрыть